— В глазах моих вдруг все потемнело. Нахлынула такая злоба, такая ненависть, — расскажет на суде Елена Прохорова.

— Я сказала ему: «Не подходи», но он продолжал медленно наступать, на его лице было выражение звериной жестокости. В тот момент я даже не поверила, что это мой сын. И я схватила лежащий на печке нож.

В деревне

И детство, и юность Елена Прохорова провела в маленьком поселке Азовского района. Из простой семьи, она, в отличие от своих сверстниц, о звездах не мечтала, принцев не ждала.

— Где родился, там и пригодился, — повторяла она своим подружкам слова матери.

Похоронив рано ушедшего из жизни отца, Лена осталась вместе с мамой в родной деревне, тогда как почти все подружки уехали в город продолжать учиться дальше.

Мать, Валентина Дмитриевна, была рада, что единственная дочь приняла такое решение.

Но в один прекрасный день привычный уклад их жизни резко поменялся.

В гости к своим родителям приехала бывшая школьная подруга Лены, Женька, которая училась в городе. Девушка привезла для знакомства своего жениха. Вместе с женихом приехал и его друг, Олег.

— Ленка, поехали в районный центр, на дискотеку, что ты тут чахнешь, хоть немного развейся, — убеждала подругу веселая Женька. — Скоро мы уедем, и жизнь твоя опять пойдет по-старому. Ну проведи хоть один вечер нормально.

Домой Лена вернулась в четыре утра. На вопросы Валентины Дмитриевны измученно отвечала: «Мама, потом, я хочу спать».

Но матери она так ничего и не сказала.

Правда вскрылась через несколько месяцев, когда девушка узнала, что беременна. Об этом догадалась и мать, она первая подошла к дочери с разговором. Втайне женщина была даже рада, что первый мужчина ее девочки оказался подлецом, попользовался и бросил ее. Значит, дочь никуда не уедет, а останется с ней. На общественное мнение ей было наплевать.

У двадцатилетней Лены Прохоровой родился на удивление крепенький, здоровый мальчуган. Бабушка с мамой дали ему гордое имя: Вячеслав.

«Не грузи, мать»

Шли годы. Ушла из жизни Валентина Дмитриевна. Елена осталась вдвоем с сыном.

Она ничего не знала об отце Славика, никогда не слышала о проявлениях дурной наследственности, поэтому все негативные изменения в поведении Славы относила на свой счет.

Мальчик прогуливал школу, рано начал выпивать, курить, а мать объясняла это тем, что ему, видимо, недоставало ее любви, ласки и внимания.

— Совсем зарылась в своем хозяйстве, с утра до вечера то у печки, то в огороде. Вот он таким и вырос, —грустно думала Лена.

Все ее разговоры с сыном заканчивались одним и тем же: «Не грузи, мать».

В девятнадцать лет на ее мальчика уже было заведено уголовное дело. Вместе с друзьями сын угнал ночью машину. Пьяных друзей под утро обнаружили сотрудники милиции. Машина стояла в поле, из открытых дверей орала музыка.

Елена Прохорова продала корову. Из числа фигурантов по этому делу ее сына вывели.

Через полтора года Вячеслав Прохоров был уличен в краже металла с территории одного из предприятий Азова. На этот раз суда избежать не удалось. Сына приговорили к двум годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима.

Домой он вернулся еще более чужим для матери, чем раньше.

Елена уже смирилась с тем, что сын нигде не работает, промышляя случайными заработками, много пьет, ничем не помогает по хозяйству, с ней груб и не разговорчив.

Ей казалось, что жизнь ее прошла, и таков вот печальный ее итог.

Но однажды все круто изменилось.

Петр

По субботам Елена Прохорова ездила на автобусе в районный центр, на рынок. И в этот раз, сделав необходимые покупки, она привычно притянула тяжелые сумки на остановку и стала ждать автобуса. Автобус не пришел и через полчаса, и через час. На остановке стали поговаривать, что старенький «пазик», скорее всего, опять сломался, нужно добираться своим ходом.

Она отошла к обочине. Неожиданно рядом притормозила «копейка». Сидевший за рулем мужчина спросил: «Вас подвезти?». Лицо водителя показалось Елене приятным, да и сумки были тяжелые. Она согласилась.

По дороге разговорились. Оказалось, Петр Владимирович живет неподалеку, занимается фермерством. Недавно овдовел, теперь один мается.

Елена от этих слов засмущалась: «Да мне это ни к чему».

…Через месяц сорокасемилетний Петр Владимирович переехал жить к ней.

— Славик сразу принял Петра в штыки, — расскажет потом следователю Елена. — Заявил мне: «На фиг он тут нужен?»

Дальше, по словам женщины, в их доме начался сущий кошмар. Славик все делал ей назло.

Петра Владимировича он немного побаивался, в открытый конфликт не вступал, но старался всячески продемонстрировать, что это его дом, он тут хозяин, а постороннему мужчине здесь делать нечего.

— Он что, ревнует тебя, что ли? — однажды спросил он у Елены.

Та в ответ только плечами пожала. Она так устала от жизни с сыном, ей так хотелось хоть немного счастья для себя. Ей нравился этот мужчина, спокойный, уравновешенный, добрый помощник во всем.

Вячеслав же как будто с цепи сорвался. Напьется и, когда Петра нет дома, оскорбляет мать. Несколько раз даже ударил Елену.

Она же безропотно все сносила, Петру ничего не рассказывала.

Хотела только напугать

13 марта 2004-го года, днем, Славик пришел домой сильно пьяный с какой-то очередной шабашки. Елена возилась на огороде.

— Что, ковыряешься? А козел твой дома, дрыхнет небось? — поинтересовался «ласковый» сын.

— Он устал, пусть отдохнет, — привычно спокойно отреагировала Елена.

— Да пошел он на… , — заорал сынок. — Как он меня уже достал!

Через десять минут из дома вышел Петр Владимирович с вещами.

— Все, Лена, я так больше не могу, — устало сказал он. — Собирайся, поедем ко мне. Чтобы какой-то щенок оскорблял меня последними словами, выгонял на улицу?

И Елена неожиданно согласилась. Они пошли в дом. Славик уже спал, сильный храп раздавался по всем комнатам. Женщина стала суетливо собирать все необходимое. Петр Владимирович вышел на крыльцо покурить.

— Вдруг храп прекратился, — расскажет потом на суде Прохорова. — Я спиной почувствовала, что сзади кто-то стоит. Обернулась. Славик стоял, опершись о дверной косяк. Глаза его были налиты кровью.

— Что, сваливаешь? Из-за этого козла бросаешь родного сына?

И он стал надвигаться на мать.

— В глазах моих вдруг все потемнело. Нахлынула такая злоба, такая ненависть, — будет вспоминать Елена. — Я сказала ему: «Не подходи», но он продолжал медленно наступать, на его лице было выражение какой-то звериной жестокости. В тот момент я даже не поверила, что это мой сын. И я схватила лежащий на печке нож. Я хотела его только напугать, остановить. Но он не остановился. И я замахнулась. Сейчас и поверить не могу, что сделала это. Я замахнулась на собственного ребенка!

Из шеи Славика хлынула кровь. По свидетельству судмедэсперта, Елена задела ему яремную вену. Также нож прошелся по подбородку, губе, углу рта.

— Она выскочила на улицу, крича, как умалишенная, — расскажет следователю Петр Владимирович. — Побежала куда-то по улице. Я — в дом, а там, на диване, Вячеслав, и из горла его течет кровь. Я быстро достал полотенце и приложил к его шее. Вскоре приехала «скорая», и его увезли в районную больницу. Елена поехала с ним.

…Приговором Азовского суда Елена Прохорова была приговорена согласно ст. 111 ч. 1 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека) к лишению свободы сроком на два года и шесть месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Единственный, кто не согласен с таким приговором, это Петр Владимирович.

Вячеслав уже давно выписался из больницы и ведет привычный образ жизни. Ему никто не мешает.